19:07 

Будь моим смыслом

May[be]
Название: Будь моим смыслом
Автор: May[be]
Бета: Word
Фэндом: жизнь
Пейринг: Мил/Ар
Рейтинг: G
Жанр: хоть я и не так люблю этот жанр… Но чёрт побери, почему у меня так
хорошо именно сопли в сахаре получаются?!
Размер: мини
Размещение: Decentra-chan, твой подарок – тебе и распоряжаться!
От автора: Наконец-то,
наконец-то, наконец-то я написала это! Наслаждайся, милая :) Постаралась, да,
очень постаралась) Ну и как всегда не знаю, что можно написать в описание… На авторство этих замечательных стихов не покушаюсь - группа Flёur,вы волшебны!



Я разлюблю
тебя только тогда, когда слепой художник нарисует звук падения лепестка розы на хрустальный пол замка, которого нет. (с)

- Я тебя люблю.

Сладкие слова, правда? Каждый раз, когда он
говорит это, меня пробирает насквозь. Молния пронзает сердце и парализует
лёгкие. Я забываю, как дышать. И улыбаюсь, непременно улыбаюсь. Эти слова
звучат от него просто волшебно. Как будто его голос создан для того, чтобы
произносить именно эти три слова.

- Я тебя тоже.

Потрясающие слова. Они возвращают разряд тока
обратно, верно? А я не могу их обратно произнести. У меня удушье что ли
начинается. Слёзы уже не текут, но этот ком в горле даже хуже. Интонация
срывается, переходит в шёпот, в крик, в истерику… Во что угодно.
Когда звучит эта фраза приходит время мне с
милой усмешкой поинтересоваться «Воркуете, голубочки?».

Ведь слова «Я тебя тоже» произношу не я.

Девушка Ара действительно хорошая.
Рыжеволосый высокий ангел с прямыми волосами и мягкими глазами цвета океана.
Верно. Плохую он полюбить не мог. Раз он её любит – значит, она его достойна. В
отличие от меня.

- Мил, когда же ты наконец заведёшь своего голубя? – каждый раз ехидно интересуется Ар.
- Когда слепой художник нарисует звук падения лепестка розы на хрустальный пол замка, которого нет, - пожимаю
плечами я.

- Эх, птица-одиночка, я тебе только добра желаю!

Я знаю, Ар. Я могу с закрытыми глазами
смешать на палитре краски, чтобы получился твой цвет волос – не чёрный, а
тёмный-тёмный серый с оттенком асфальта. Знаю все твои метания из-за
поступления. Глупый, ты ведь всё можешь. Знаю, что от слова «карамельный» тебя
передёргивает – он ассоциируется с этими девочками-припевочками. Знаю, что ты
любишь погружаться в музыку без слов без остатка. Знаю, над страницами каких
книг ты плакал – даже это ты от меня не скрываешь. Знаю, что тебе нравится
поправлять мои ржаные кудри и приговаривать: «Кнопка, что у тебя опять на
голове? Что ж, придётся быть твоим старшим братом!»


И знаю, что своего рыжего ангела ты любишь
как никого и никогда.

- Я разлюблю тебя тогда, когда слепой художник нарисует звук падения лепестка розы на
хрустальный пол замка, которого нет, - сказал Ар и поцеловал девушку в ладонь.
Мне пришлось отвернуться.

Люблю тебя, Ар.

За окном
кто-то плачет, кого-то зовут

Торопливые чьи-то шаги, дождь - как шорох страниц.

Я рисую праздничный яркий салют

Цветы, шары и флажки, тысячи радостных лиц…


- Мил, не останешься?
- Нет. Мне ещё полотно для зачёта нужно закончить.

- Что ж, удачи, художница! – Ар наклонился и
обнял меня. С ним неудобно обниматься – я со своим ростом метр-с-кепкой и он,
который без табуретки вкручивает лампочки…

- Кнопка, тебе точно голубь нужен! За такой
хрупкой только глаз да глаз! – подмигнул парень.

- Кто может быть хозяином ветра?

И мысли под торопливый стук собственных
каблуков по мокрому асфальту. Хозяином ветра не может быть никто. Но ведь ветер
– это воздух… А воздух может циркулировать лишь по одним лёгким… Ладно, мне не
об этом думать надо. Праздники, праздники, праздники – вот она, тема моего
полотна. Ликование, голубое небо, толпа улыбок… Как тогда…

Я – в лёгком платье и на каблуках с блокнотом
для набросков. И ты. Который вжёгся в мои вены с первого взгляда… Высокий
брюнет в очках в тонкой оправе и пронзительными глазами цвета грозового неба. И
улыбка чуть-чуть свысока. Не высокомерная, а покровительственная.

- Вау, художница, какие у тебя штрихи! А меня
осилишь написать?

- Да легко! Как вас величать, молодой
человек?

- Ар я. А вас, юная леди?

- Мил. Меня зовут Мил.

Собственно с первых фраз мы уже были
друзьями. Как-то ну очень легко оказались на одной волне. Но только есть нюанс
– я с первого взгляда - его маленькая сестрёнка, он с первого взгляда – мой…
Любимый? Нет… Судьба он моя…

Я совсем ударилась в лирику. И этот удар
стоил мне света.

Я почти не почувствовала боли. Врачи говорили,
что у меня был шок. Конечно, на той дороге никогда не было автомобилей… И чтобы
именно там меня сбили? Глупо. Нелепо. Как и всё в моей жизни. И вот ведь штука
– все кости целы, все мышцы, но… Господи, забери у меня слух, забери у меня
голос… Но верни то, без чего не может девушка, живущая рисованием.

Этот удар стоил мне света, который
могли воспринимать мои глаза.

Я потеряла зрение.

Эти горы,
эти реки, покрытые льдом -

Я их назвала в твою честь. Небо закрыла метель

Раскалённое выйдет солнце, потом

Здесь будут цветы и лес, скоро начнётся апрель…


Переливы водопадов. Трещины камней. Кристаллы
снежинок. Морщинки улыбок. Всё это могла рисовать моя Кнопка. От её картин
исходил и воздух, и тепло, и холод, и эмоции. Так было всегда. И не могло быть
иначе.

А сейчас Мил потеряла не смысл жизни… Она
просто потеряла жизнь. Знаете, как это странно и страшно? Видеть свою сестрёнку
мёртвой? Нет, она растоптана морально… Она просто лежит в мешковатой клетчатой
пижаме, свернувшись в клубок, и смотрит в свою личную пустоту... Я не решался к
ней подойти. Простит ли она меня? За то, что я не позаботился и не проводил до
дома? Может, тогда бы всё было иначе?

Спустя неделю я решился с ней заговорить.

- Привет.
- Привет, Ар.

- Ты меня узнала?..

- Я тебя всегда узнавала по голосу. А теперь
узнаю особенно чётко, - с горькой усмешкой прошептала Мил.

- Ты… Прости меня.

- За что? – девушка настороженно приподняла
голову и повернулась в мою сторону. Она искренне не понимала, за что должна
меня простить…

- Что не проводил тебя. Не уберёг.

- Ар. Ты неделю не решался ко мне подойти, -
абсолютно спокойно, без обвинения, без обиды и даже пытаясь улыбаться говорила
Мил, - и в первый раз за эту неделю я говорю. Считай, что вернул мне голос и не
чувствуй за собой вины – я сотни раз ходила этой дорогой одна, кто мог
предположить, что может так случиться?

- Наверное, ты права.

- Да я всегда права! – наконец девушка
улыбнулась. Наконец я увидел в ней чуть-чуть той Кнопки. Счастливой художницы.

Я задумчиво рассматривал картины, которыми
были увешаны стены комнаты Мил... И один пейзаж, который особенно зацепил мой
взгляд. Горы и реки подо льдом, защищающиеся от метели и один-единственный, еле
как прорывающийся через серую вату облаков лучик света. Увидит ли когда-либо
эта долина этот свет?

- А картины, Ар… Можешь забрать.

- Как это – забрать?! Если ты сама не смогла
с ними расстаться, повешав в своей комнате?

- Ну и что мне теперь? Любоваться ими? Я уже
не в силах. Я ведь не выдержу – буду пальцами по мазкам проводить… А им вредно!
Пожалуйста, забери себе.

- Но ведь они все для тебя!

- Нет. Они для тебя, - Мил мягко и чуть
виновато улыбнулась.

- Ты заходи ко мне, ладно? И ангела своего
приводи! Хочу ваше воркование послушать! Как раньше…

Я даже успокоился. Мил выдержит. Она сильная.
А мы будем рядом.

Я рисую
жёлтых ящериц, розовых змей,

Безумные облака, в них - поющих сирен…

За окном становится небо темней,

Но небо в моих руках на гладкой поверхности стен…


- Я разлюблю тебя тогда, когда слепой художник нарисует звук падения лепестка розы на
хрустальный пол замка, которого нет, - сказал Ар и поцеловал девушку в ладонь.

Сейчас, наверное, мне стало плохо. Если
раньше я как-то могла пережить эти слова… То теперь мне впервые от них больно.
Я ведь чувствую каждую их нотку, интонацию каждой буковки, направление каждого
звука… О чёрт. Это же невозможно.

А ещё я чувствую шорох её шагов. Шелест его
рук по складкам её одежды. Касания его пальцев её кожи. Неужели раньше я, видя
всё это, могла это выдержать?

А я сломалась. У марионетки оборвали нити,
марионетка со стуком упала на пол, марионетка не знает, для чего она нужна,
ведь теперь марионетка потеряла направление. Передо мной одна темнота. Я уже не
сильна и даже не всесильна…

Шелест её волос, мягкие, кошачьи движения
вдоль стен… Ар забрал ещё не все картины.

- Мил, то, что ты творишь… Ты это не глазами
видишь, а сердцем.

И в этот миг… Я подскочила. На меня снизошло
озарение. Кажется, даже в темноте перед моими глазами возникла краткая вспышка.

Я подскочила к мольберту, дрожащими руками
открыла краски, начала бешено махать кистью… Как обычно оправдываются художники?
«Я вас так вижу?» А я вас так не вижу. Моими штрихами руководит не зрение, а
душа.

- Ми… Ми… Мил… Как это? Ты… Ты зрячей так
никогда не рисовала!

- Я сердцем вижу.

Я разлюблю тебя тогда, когда слепой художник нарисует
звук падения лепестка розы на хрустальный пол замка, которого нет.

-Ты говоришь так ей.

Я – слепая художница.

И я сделаю это.

Пожалуйста,
будь моим, пожалуйста, будь моим смыслом,

Мы одни на целой земле, в самом сердце моих картин…

Целый мир придуман, целый мир придуманных истин…

Я нуждаюсь в твоём тепле! Я хочу быть смыслом твоим…


Дверь была открыта. Кажется, Мил вообще
забыла о существовании замков. По квартире тихо, ненавязчиво разносились
хрустальные звуки... - классика, исполненная на стекле. Мил сейчас
заслушивает её до дыр. Прохожу в её комнату… На полотне – нечто льдисто-воздушное…
Невероятное. Но пришлось мотнуть головой, чтобы не зачароваться её работой:

- Кнопка, сколько можно стоять за мольбертом?
Признайся – ты ведь даже не отходила после моего ухода?

- Не отходила.

- Узнаю прежнюю Мил. Всё такая же упрямица.

- Да. Всё такая же твоя упрямица.

И… Впервые что-то цапнуло за душу. Как когти
кошки. Впервые мой слух уцепился за это местоимение…

- Моя?

Она опустила кисть, развернулась целиком в
мою сторону, направила незрячие глаза прямо ко мне и абсолютно серьёзно и
благодарно сказала:

- Только благодаря тебе я держусь на плаву.

И… Я просто обнял мою хрупкую Кнопку.

Неужели она должна была ослепнуть, чтобы я
понял, насколько она мне дорога?

За окном
кто-то плачет, кого-то зовут,

Торопливы чьи-то шаги, дождь - как шорох страниц…

Без тебя бессмыслен весь мой труд,

Музыка и стихи, шум дождя и пение птиц…


Меня разбудил телефонный звонок. На ощупь
нашёл телефон. Еле как разлепил глаза.

«Рыжий ангел»

- Да. Привет. Разбудила. Да, да, я перезвоню.

Я отключил телефон и устало уставился в
потолок. Раньше? Раньше ведь я сказал, что не сплю… Да и вообще – когда я отключался
первым?..

Потягиваясь и зевая я отправился на кухню.
Ищу свою кружку… Тьфу, это же не моя кухня! Это кухня Мил. Просто я настолько
часто бываю в этой квартире, что сам начинаю сомневаться, какая из них моя…

- Кноооп… Где в этом доме спрятан кофе?

- Он на самом видном месте между прочим. А ты
привык искать.

Я оторопел. И ведь… Да. Я привык искать. А
то, что перед носом… Самое простое… Или же не простое. Просто нужное.

Вдруг палитра и кисть выпали из ослабевших рук
Мил. Она широко распахнула и замерла перед своим творением.

- Мил? Мил, что с тобой? – я подумал, что ей
стало плохо… Нет, нет, я не позволю, чтобы моей девочке было ещё хуже!

- А когда ты это говорил… Ты верил, что такое
может произойти?

- Что? Что произойти?
И… Я замер сам. Потом прижал хрупкое тело Мил
к себе. Мотнул головой. Коснулся губами её кудрей. Сжал её плечи ещё крепче.
Опустил одну руку. Взял мобильный телефон из кармана.

- Знаешь… Я тебе столько раз говорил, что разлюблю
тебя только тогда, когда слепой художник нарисует
звук падения лепестка розы на хрустальный пол замка, которого нет. И…

Я развернул Кнопку лицом к себе и поцеловал
её в лоб.

- Это произошло.

Я бросил телефон и обхватил Кнопку руками,
пытаясь вместить в этот жест всю заботу, всю нежность… Всю…

- Мил. Я люблю тебя.

URL
   

-Изнанка-

главная